p_i_f (p_i_f) wrote,
p_i_f
p_i_f

Category:

Конкистадорские страсти-мордасти

Занимательная история о тонкостях испано-индейской дипломатии, сложностях содержания гарема, и судьбоносной роли женщин в войне. Дело было в 1612 году, где-то на территории современной Аргентины. Разгар самого тяжёлого этапа Конкисты: Арауканской войны.

Конкистадорские страсти-мордасти

Арауканы, в отличие от прочих индейцев, оказались достойными противниками для конкистадоров. Испанцам пришлось вести войну с ними около 300 лет - и победы не случится. Естественно, столь долгое "добрососедство" формировало запутанные и неоднозначные отношения. Время от времени начинался процесс мирного урегулирования, в определённые периоды арауканы допускали на свои земли миссионеров. Обе стороны время от времени содержали и ценных заложников, которые затем оставляли ценнейшие воспоминания о столкновении культур. Капитан Пинеда, около полугода проведший в плену у индейцев, рассказывает чудесную ретроспективную историю.

К тому времени, один из самых авторитетных арауканских вождей - Анганамон, ощутил себя уставшим от войны. Испанцы этому весьма порадовались, потому что и сами устали воевать с Анганамоном: не даром арауканов сравнивали с ландскнехтами, причём люди, видавшие в бою тех и других. В 1598-1609 годах Анганамон показал себя опаснейшим противником.

Губернатор Алонсо Гарсия де Рамон был открыт к переговорам, и вот уже два года держалось относительное перемирие. Анганамону оставалось лишь переубедить последних радикалов на своей стороне. Кто бы мог подумать, из-за чего всё сорвётся...

Пока Анганамон занимался склонением прочих вождей к поиску компромисса с конкистадорами, у него гостил некий офицер Мелендес - посол колониальных властей. В доме вождя тогда ещё не было Пинеды, зато нашёлся кое-кто поинтереснее.

Мелендес обнаружил, что одна из двух десятков жён Анганамона - пленная испанка. Конкистадор тут же счёл, что так не годится, и начал подговаривать соотечественницу (а она провела в плену уже много лет) бежать. Как же тут сдержаться: настоящий рыцарский роман о деве в беде, а что это за испанец, искренне не считающий себя кабальеро?

Впрочем, рыцарство-рыцарством, но и без плотского не обошлось. Под решительные обещания устроить побег, согласно словам как индейцев, так и испанцев, Мелендес соблазнил пленницу.

Слухи об этом дошли до вождя, как раз отбывавшего в земли партнёров по политическому процессу - окончательно зарывать топор войны. Однако, он ничему не поверил: рассудил, что испанка просто рада возможности наконец-то поговорить с соотечественником. А остальное, мол, очередные сплетни в гареме.

Анганамон сильно недооценил Мелендеса. Тот не удовлетворился даже и одной испанкой, вскоре убедив её, что вдвоём бежать скучно! Нужно прихватить ещё и других жён вождя, индианок - они, дескать, в колонии станут служанками освобождённой. Да и организации побега поспособствуют. Женщине идея понравилась: хоть Анганамон обращался с пленными хорошо, едва ли она желала провести остаток жизни в его гареме. И, после всех испытаний плена, получить арауканских женщин в слуги - почему нет?

В итоге, Мелендес переспал ещё с двумя жёнами вождя, в организации чего ему очень помогла испанская любовница, имевшая на них влияние. После этого заговорщики обманули индианок, уверив их, что муж узнал обо всём - и непременно убьёт виновных, едва вернётся домой. Индианки, само собой, исполнились решимости бежать, причём прихватили с собой ещё и собственных детей.

Так Мелендес благополучно бежал в испанскую крепость с тремя женщинами, и потомством Анганамона. Едва ли его поступку колонисты сильно обрадовались - но лихость, наверняка, оценили.

Анганамон же оказался в неприятной ситуации. Сбежавшие индианки относились к "любимым жёнам", а испанская наложница - ценнейший предмет статуса. И тут нате: пока он уговаривал других арауканов прекратить войну, испанский посол совершил такое! Но подобная потеря лица, это ещё полбеды: родня сбежавших высказала свои претензии вождю, и потребовала вернуть дочерей на территорию араукан. Дескать, там уж разберёмся, казнить или миловать за измену, но отдать знатных индианок испанцам... никак нет!

Вождю ничего не оставалось: он, тяжело вздохнув, направился к испанской крепости, где засел любвеобильный посол с новообретёнными женщинами. Предводитель индейцев был отнюдь не глуп, и понимал: придётся чем-то поступиться. Он сразу же заявил, что испанку и так вот-вот собирался отпустить, поэтому пусть уж она остаётся со своими. Требовал вернуть только законных жён, и детей.

Но испанцы на стене форта развели руками: женщины уже успели принять христианство, и теперь выдать их язычнику было никак невозможно. Несмотря на явную политическую выгоду такого шага: есть вещи более важные... Анганамон ушёл ни с чем, утолив свою ярость только скорым убийством трёх испанских миссионеров.

Тех самых "мучеников Эликура", смерть которых окончательно поставила крест на надеждах прекратить войну. Теперь пути назад не было ни у арауканов, ни у испанцев. А всё, как водится, из-за женщин!

Это историю Анганамон рассказал Пинеде, спустя 17 лет. Пинеда был глубоко впечатлён: прежде всего потому, что сам едва отбивался от индианок, для которых оказался чрезвычайно привлекательным.

Старый вождь многословно сетовал своему пленнику на то, как сложно содержать большое количество жён: дескать, бабы все соки выпьют, сам рад не будешь уже ничему. По словам Анганамона, с годами он оказался от гарема в 20 жён и наложниц, удовлетворяясь "всего" пятью.

Как жилось в форте ловкому Мелендесу с тремя женщинами, увы, неизвестно. А было бы любопытно узнать его мнение о этому пикантному вопросу. Тем более, что эти женщины стоили Испании ещё добрых 200 лет войны.



Tags: История
Subscribe

Posts from This Journal “История” Tag

promo p_i_f may 3, 2013 14:18 58
Buy for 30 tokens
Выкладываю для рекламодателей, промо-размещателей и прочих интересующихся:
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 1 comment