p_i_f (p_i_f) wrote,
p_i_f
p_i_f

Categories:

От куртизанки до королевы пиратов: история госпожи Ченг



В 20 она держала бордель, в 30 ее армия сотрясала Поднебесную. Под ее началом было сорок тысяч воинов и три сотни кораблей. Тысячи убитых и захваченных в плен, разграбленное дочиста побережье Китая — при жизни ее не просто так изображали морским демоном.

Проще всего рассказать о госпоже Ченг так, как это сделали бы завсегдатаи опиумных курилен и притонов XIX века.

Разговор подслушан в одном опиумном притоне в португальской колонии Макао, Китай, в 1845 году. Госпожа Ченг совсем недавно отправилась в мир иной, так что ее жизнь надолго станет главной темой бесед и пересудов во всей Поднебесной. Впрочем, ужас, который оставил после себя ее Красный Флот, запомнится здесь на долгие десятилетия.

— Она была первой красавицей от Вьетнама до Кантона. Но уж в Макао-то красивее ее точно никого не было.

— А я слышал, что у нее были черные от сахара зубы, а еще волосы, намазанные маслом, и по бачжаньдао в каждой руке.

— Вот так общаешься с вами, господин Мин, и держишь вас за ровесника. А в иные моменты вдруг видишь, что вы в свои шестьдесят в сравнении со мной настоящий мальчишка. В те времена все, что вы перечислили, как раз и было признаками истинной женской красоты. Не то что нынешние певички из Гонконга.

— Может на фоне ваших седин я и мальчишка, господин Сао, но о королеве пиратов, командовавшей сорока тысячами разбойников, знаю не меньше вашего. Люди говорят.

— Ах, люди говорят. Ну и что же говорят люди?

— Сначала ее звали Ши Янг. Она торговала своим телом в Кантоне, и там ее заметил блистательный морской джентльмен Ченг Первый. Ченг был официально избранным лордом конфедерации пиратов Желтого Моря. Он влюбился в проворную потаскушку и сделал ее своей женой. А потом она убила его и сама заняла его место, став королевой пиратов. И не было никого в мире злее и коварнее ее. Она убила тысячи людей, но однажды устала от дел и ушла на покой. А теперь мы, вот так запросто, сидим в ее собственной опиумной курильне и ведем беседы о былых днях.

— Я бы на вашем месте хотя бы из вежливости к духу хозяйки не стал называть ее потаскушкой и злейшей женщиной в мире. Тем более, сидя в некогда принадлежавшем ей притоне. Да и не совсем так все было, господин Мин. Сразу чувствуется, что историю вы узнали из рыбацких песен «Про Дракона и Лисицу» в Кантоне или от ваших лаоваев в Макао.

— А вы, значит, узнали все из первых рук, господин Сао?

— Из наипервейших, господин Мин. Мой брат и отец ходили во флоте госпожи Ченг.

— Ого, и наверняка были бравыми пиратами с бачжаньдао в каждой руке?

— Брат был таким же как вы счетоводом, и никогда не держал ничего тяжелее пера и абака. А мой отец — официальным предсказателем Флота Красного Флага. В те времена даже пираты нанимали астрологов и гадателей.

— Ого, достойнейшие пиратские профессии. А вы?

— А меня не взяли из-за врожденной хромоты. Я просто сидел на берегу и сгорал от зависти. И сотрите, пожалуйста, эту издевательскую ухмылку с вашего лица. Вы, как я вижу, и вправду почти ничего не знаете о жизни в Красном Флоте. У хорошего счетовода в пиратской флотилии всегда больше шансов помереть, чем у среднего корсара.

— Правда? И просветите, каким же образом, господин Сао?

— В обязанности счетовода входил не только строгий подсчет награбленного, но и выдача платы пиратам (а возвращалась им едва ли пятая часть добычи), а также распределение пайков и приведение наказаний в исполнение. Как думаете, насколько простые корсары ненавидели счетовода?

— Наслышан о невероятной строгости законов в Красном Флоте.

— Однажды мой брат привел в исполнение принятое тогда наказание дезертиру. Отрезал тому уши и заставил пройти так через строй на палубе. Той же ночью униженный вскрыл горло моему бедному родственнику. Обыденная смерть простого пиратского чиновника.

— Простите, не знал. А ваш батюшка? Его-то жизнь не была омрачена ненавистью пиратов?

— Отец мой занимался тем же, чем мы сейчас: курил опиум и нес вздор. Лежал в трюме, вчитывался в туманные пророчества из «И-цзин» и давал еще более туманные предсказания. Непыльная работа — что при дворе императора, что в пиратском флоте. Именно он возвестил, что «девятихвостую лису победит огнедышащий дракон». Сначала решили, что это про императора Цзяцина…

— …А оказалось, про португальские пушки…

— Ядро одной такой как раз прошило джонку с моим батюшкой в ее чреве и убило его. Только руку с опиумной трубкой и нашли.

— Так значит, дракон, нападение которого предсказал ваш отец, одним из первых убил самого предсказателя? Qué Ironía, как говорят у нас в Макао португальцы. Какая грустная история, я вижу, что она повергает вас в тоску. Давайте лучше вернемся к королеве пиратов. А правда, что она велела казнить всякого, кто посмеет изнасиловать захваченных в плен женщин? Я усматриваю в этом благородство и сочувствие чужой женской доле.

— Вы никогда не устанете забавлять меня, господин Мин. В жизни не слыхивал о госпоже Ченг ничего потешнее. Всю свою жизнь она презирала других женщин — считала их подстилками мужчин и просто товаром. Это, к слову, к вашей версии о том, что до брака с блистательным Ченгом Первым она была куртизанкой. Она никогда не промышляла проституцией сама, она была мадам — хозяйкой борделя в Кантоне.

— Вот так да. А моя жена вечно меня стращает: вот, мол, вернется с того света госпожа Ченг, да и задаст ленивым тюфякам вроде меня, и будет тогда опять женская вольница.

— Скажите ей, что единственная причина, по которой во флоте госпожи Ченг казнили за изнасилование пленниц — это то, что так их цена как товара резко падала. Захваченных женщин обменивали на выкуп, как правило у ее же родственников. И те готовы были отдать последнее, чтобы их дочери вернулись домой девами. Однажды она захватила за один рейд тысячу женщин и детей близ Кантона. Всех продали в рабство в Макао тем же самым португальцам, с которыми якобы вели непримиримую войну.

— А как же закон о наложнице, бытовавший в Красном Флоте?

— А вот это — истинная правда. Любой капитан корабля имел право взять себе красивейшую женщину в наложницы или жены.

— И он должен был быть верен ей под страхом смерти?

— Да, только не ей, а им. Легко, знаете ли, блюсти верность, если у вас десять жен и наложниц.

— Раз уж мы уже ступили на путь столь скользкой темы, расскажите о Чжане Баоцзае. Правда, что он сначала был любовником Ченга Первого, а потом любовником госпожи Ченг?

— А вы, гляжу, жаждете грязных подробностей, друг мой. Так слушайте: Чжан Баоцзай не всегда был лихим корсаром и великим мореходом. Когда-то он был простым сыном рыбака, которого в пятнадцать лет захватили пираты Красного Флота. Чжану повезло (ну, или не повезло — это как посмотреть) с внешностью. Юноша был хорошо сложен, и его заметил сам Ченг Первый. Предложение пирата было простым: Баоцзай становится «наложницей» флотоводца, либо отправляется развлекать остальных корсаров — по очереди. Захваченных дев и женщин, как мы помним, тогда старались не трогать — чтобы не портить товар.

— И Чжан согласился?!

— А вы бы согласились, господин Мин? Думаю, лучше не ставить вас в неловкое положение и не заставлять отвечать.

— Но как он смог из «наложницы» стать любовником госпожи Ченг и главой флота?

— Юный Чжан Баоцзай оказался не просто смазливым сыном рыбака. Вскоре стало понятно, что у него прямо-таки сверхъестественная интуиция и склонность к стратегическому мышлению.

В итоге образовалась странная, противоестественная семья, существование которой возможно только на пиратском флагмане. Пират Ченг, его супруга и юный Чжан жили как трое любовников, но при этом Чжан был ими официально усыновлен. Днем он почтительно называл господина и госпожу Ченг родителями, а ночью развлекался с ними в одной кровати.

— Так значит, правда, что говорят люди! И потом Чжан и госпожа убили Ченга Первого и захватили власть!

— Не совсем так. Ченг действительно скоропостижно скончался. Но для этого не понадобилось предательства. Во время похода на Вьетнам его прибрал к себе морской владыка Юйцян. Шторм был неистовый, затонуло несметное количество джонок. Среди них и судно короля пиратов. Однако госпожа Ченг сумела удержать конфедерацию от развала. Власть, словно в императорской семье, досталась жене монарха.

— А Чжан Баоцзян?

— А он, совершенно как в императорской династии, стал отвлекающим правителем. Реальная власть принадлежала госпоже Ченг, но формально она вела себя словно регент при юном монархе. Все принадлежало ей — и три сотни джонок, и сорок тысяч пиратов, и мой батюшка-предсказатель, и мой брат-счетовод. Как недавно Цыси стала императрицей на суше, так и госпожа Ченг была некогда императрицей на море.

— Крамольные вещи говорите. За такие могут достать даже в Макао. Давайте уйдем от этой темы…

— …И приблизимся к развязке? А она была странной, пусть и достойной такой женщины, как госпожа Ченг. Однажды до императора Цзяцина дошли слухи о том, что Чжан Баоцзай хвастается, будто готов сам занять престол Поднебесной. Это, конечно, были только слухи, но не лишенные истины: почти все южное побережье уже так платило дань Чжану и жило в согласии с ритмами его пиратского флота.

Император был готов стерпеть бесчисленные грабежи и упадок побережья, но не такую наглость. Огромная флотилия выдвинулась, чтобы пресечь пиратство …и была разбита в одночасье. Тогда император переступил свою гордость и прибег к помощи лаоваев. Португальцы и сами устали от Чжана, а потому предоставили шесть своих судов.

— Всего шесть судов против трех сотен пиратских?

— Да, всего шесть и еще шестьдесят кораблей императора, которые не успели потопить пираты. Но даже этого хватило. Красный Флот удалось зажать в бухте Пасть Тигра и многочисленность пиратов сыграла с ними злую шутку. Их было так много, что джонки не могли развернуться и маневрировать, а португальцы расстреливали их из своих нарезных пушек. Пиратский флот таял как туман. Но хуже всего то, что один из влиятельнейших подчиненных Чжана и госпожи Ченг, глава Флота Черного Флага перешел на сторону португальцев.

— И тогда госпожа Ченг сдалась?

— Да, она лично отправилась на португальский флагман. Но ее не казнили и не схватили, ее помиловали. Как, впрочем и практически всех ее пиратов. Из двадцати пяти тысяч оставшихся в живых воинов госпожи Ченг отправилась к палачу едва ли пара сотен.

— Но почему, господин Сао? Ведь это были ужаснейшие головорезы на море!

— Император оказался достаточно мудр, чтобы понять: у него не осталось собственного флота. И казнить последних в стране отчаянных моряков было бы ужасной растратой. Вместо этого он переманил их на собственную сторону, и вчерашние пираты стали основой для имперского флота. Сам Чжан Баоцзай смиренно принял пост адмирала небольшой флотилии из нескольких дюжин кораблей.

— А госпожа Ченг?

— Госпоже Ченг было позволено оставить те богатства, которые она награбила за последний год. Но даже этого хватило, чтобы она оставалась богатейшей женщиной в Поднебесной. Она стала вкладывать деньги в разные прибыльные ремесла: соль, проституток, опиум — и преуспела. И все это законно, под чутким надзором имперских мытарей.

Построенные ей от Кантона до Макао бордели до сих пор легко узнать по характерной форме — они все похожи на корабли, и над ними веют красные флаги. Так госпожа Ченг умудрилась остаться во главе флота, но теперь уже сухопутного и укомплектованного не пиратами, а проститутками.

Tags: История
Subscribe

Posts from This Journal “История” Tag

promo p_i_f май 3, 2013 14:18 58
Buy for 30 tokens
Выкладываю для рекламодателей, промо-размещателей и прочих интересующихся:
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments